среда, 30 июля 2014 г.

Обычный такой подвиг, или Почему тысячи людей бегут по его воле (интервью c Михаилом Громовым, ч. 2)

(Не) без секретов
На соревнованиях у него есть излюбленные приемы для оптимизации времени гонки, особенно, в зоне транзита. Для того чтобы пройти ее максимально быстро и эффективно, то есть отыграть минуту-другую у самого себя, Михаил перед стартом несколько раз прокручивает в голове все мельчайшие детали. За одну-две минуту до входа, еще только приближаясь к транзитной зоне, он представляет всю последовательность движений, чтобы добиться полного автоматизма. Забежав в транзит, повторяет про себя: номер-шлем-очки-велосипед...
До старта продумывает все до самых мелочей: вывернуть язычок у кроссовок, протереть вазелином кромку кроссовки, чтобы уменьшить трение из-за влажности, предусмотреть заворот стельки в ботинке.

На успех старта может повлиять все, и амуниция имеет первостепенное значение. Так, например, Михаил внес свои дизайнерские коррективы в подготовку костюма для соревнований. Модернизация коснулась нижней части триатлетского комбинезона: он отрезал часть нижней резинки, чтобы уменьшить давление на мышцы бедра, а легкоатлетическую майку ушил по бокам и отрезал нижнюю часть, чтобы увеличить вентиляцию тела во время бега.
За 6 лет постоянных тренировок Михаил научился идеально чувствовать и понимать свой организм: когда нужен отдых, когда можно дать нагрузку посильнее.
“Все просто: когда усталости не чувствуешь, а на тренировках все делаю то же самое, что и вчера, а при этом пульс ниже и скорость выше, — я понимаю, что форма хорошая. Такая форма держится у спортсмена 2 – максимум 3 недели в год, обычно перед важным соревнованием. Нет никаких специальных измерителей “лучшей формы” – ни вес, ни пульс не гарантия. Ты просто сам чувствуешь по отдаче организма. Отличный показатель: 5-10 минут отдохнул – и можешь еще тренироваться”.
К вопросу травм и перегрузок относится очень спокойно, считая, что нужно внимательнее слушать свое тело и корректировать режим нагрузок в зависимости от самочувствия: “Для меня будет травмой, если я прекращу тренироваться. А так называемые травмы — это лишь сигнал, что организму необходимо восстановиться”.
Когда Михаил готовится к IRONMAN, в багажнике он с собой возит по два комплекта тренировочной формы и несколько больших бутылок воды. День назвать днем очень сложно, режим тренировок вклинивается и в рабочие часы. В обед он отскакивает из офиса, чтобы поплавать в ближайшем бассейне, вечером вне зависимости от сезона у него тренировка с 7 до 9. По выходным во время подготовки к соревнованиям тренируется дважды в день. При этом Михаил никогда не брал личного тренера – все планы тренировок он ставит себе сам, планируя сезон «от обратного»: ставит точку важного соревнования и далее рассчитывает режим для подготовки. Все записи о тренировках он хранит в небольших ежедневниках, которые помнят каждый пройденный километр за эти 6 лет.

«Вне сезона, — Рассказывает Михаил, — Плавание я не тренирую. 45 минут 2-3 раза в неделю мне достаточно, чтобы поддерживать себя в форме. Основная проблема для триатлетов: выпадание из режима зимой, когда ездить на велосипеде проблематично из-за нашей погоды. Я для себя нашел выход: беговые лыжи. Коньковый ход отлично имитирует велосипед – это стало для меня открытием. Обычно когда после зимы садишься на велосипед – получается полный разброд и шатание. А после лыжного сезона я спокойно могу проехать 70 км, и это очень радует».
Первые лыжи Михаилу подарили друзья на один из стартов. Это была пара хороших лыж 2007 года, доставшиеся от профессионального спортсмена. Оставалось только купить к ним палки и одежду – у Михаила был только набор легкоатлета.
«Первый год, это был 2011, я прямо намучался. Все надо мной смеялись, я вообще не мог ездить, без всякой техники старался научиться ездить по кругу. Потом смотрел видео с того времени: на меня странно смотрели даже любители,  потом мало-помалу научился коньковому ходу». 
 - Зачем это все?
-      Для меня это маячок, который все время выдергивает из будничности.
В триатлон люди приходят по-разному, как правило, из какой-то одной дисциплины. Среди триатлетов много бывших профессиональных пловцов, бегунов, реже велосипедистов. Триатлон универсален именно тем, что позволяет проработать все тело, бросить себе сразу несколько вызовов.
Михаил считает, что к триатлону люди приходят, потому что им в какой-то момент становится не интересно жить и они ищут новые впечатления как новый образ жизни. Им и становится триатлон. Громов говорит, что вообще не может без спорта. Он называет спорт «средством, которое помогает жить».
«В триатлоне много красок, — Поясняет Громов. — Триатлон – это постоянный мыслительный процесс, постоянная тактика: обгонять вот этого или нет, выходить вперед или остаться, в плавании – что там дальше, есть буек или нет буйка. Бегунов обычно больше, чем триатлетов. Бег – самый доступный вид спорта, в нем просто давишь, не думая. В триатлоне включается голова».
 В спортивной карьере что для любителей, что для профессионалов неизбежно встает вопрос: а что дальше? Когда покорены все вершины, когда побиты все рекорды…остается ставить новые цели.
«Вопрос мотивации для каждого уникален. Не интересно повторять то, что уже делал. У меня, например, после второго IRONMAN наступило разочарование: когда пришел к финишу, не испытал никаких эмоций. Я анализировал это – ведь результат был хорошим, почему… И понял, что интересен теперь уже не длинный триатлон, не скоростной марафон, а необычные, интересные трассы».
Под необычными трассами Михаил имеет в виду, например,  половинку IRONMAN  — так называемую дистанцию 70.3 – в Альп-де-Эсс, горе, которая принимает на своем хребте в том числе всемирно известную велогонку Тур-де-Франс. Градиент составляет 18 градусов – то есть помимо общей сложности маршрута, к нему добавляется практически невыносимый уклон, а в завершение – беговой этап на высоте 2 тыс метров. «И тут ты борешься сам с собой, нет никаких соперников – только ты и твоя воля», — Поясняет Громов.
У Михаила уже есть значительный опыт борьбы не только с самим собой, но и борьбы с реально тяжелыми спортивными условиями. Он участвовал в Трансальпе, многодневной велогонке, которая состоит из 7 этапов и идет 7 дней подряд, каждый день по 5 часов без перерыва на отдых или обед. По признанию Громова, эта гонка стала для него самой запоминающейся и насыщенной событиями.
В спортивном мире она славится не только красочными альпийскими пейзажами, многонациональным составом участников и сложными испытаниями. Гонка командная, участвуют в ней парами, и результат замеряется по спине второго участника. Такие понятия, как взаимовыручка, коммуникация, поддержка приобретают новые значения. Можно уехать вперед и оставить напарника позади, однако лидером это тебя не сделает. «Едешь и постоянно думаешь: как бы не умереть. Но я не мог позволить себе умереть: надо ехать, нельзя вылезти из группы», — Вспоминает об этом испытании Михаил.
Принцип движения на велосипедном отрезке всегда одинаков: участник примыкает к группе велосипедистов, движущихся в одном темпе. Профессионалы называют это «движением в пачке». В зависимости от темпа можно выбирать разные «пачки», однако на практике ты должен подстраиваться под задающих темп и ни в коем случае не нарушать общего движения, иначе вся конструкция может рассыпаться, что чревато травмами и столкновениями. Как поясняет Громов, «как только отстаешь от группы, сразу теряешь темп, на таких перегрузках не понимаешь, быстро ты едешь или медленно».

В реальности это выглядит так: «Крутой подъем, 10 км ты едешь со скоростью 30 км/час. Сначала ты думаешь: лишь бы этот подъем скорее закончился. А когда начинается спуск, думаешь: лучше бы я поднимался… В Австрии нормальный серпантин, позволяет вовремя повернуть, а в Италии он узкий, все время петляет, постоянно кого-то увозят на вертолете после падения. Летишь вниз со скоростью 89 км/час, все время отжимаешься на руках, пальцы немеют, ног не чувствуешь, глаза слезятся, а остановиться не можешь: это командная гонка, тут все в связке».
В Трансальпе Громов участвовал в команде со своим другом Денисом Крестиным (IRONMAN 09:10). Он рассказывает, как перед гонкой они с партнером планировали трассу, мысленно представляли, как начнут с запасом, а потом к 3-ему дню будут постепенно прибавлять скорость.
«В итоге получилось так, что на первом же этапе были горы. Когда мы проехали в первый день 109 км, из которых 40 км спускались с горы, и увидели, как вокруг по бокам от спуска валяются люди, мы порадовались, что вообще спустились, и истерически рассмеялись, что вот и гонка закончилась. Смотрим – а там еще собирается пачка [группа велосипедистов собирается ехать дальше – прим.ред.]. Сошел с велосипеда, руки дрожат, ходить не могу и понимаю, что так еще 6 дней… И так каждый день после финиша. Приехал — и начинается агония”.
Когда участники заканчивают этап в многодневке, они тут же попадают в зону питания, где накрыты столы. Еще какое-то время уходит на обслуживание велосипеда и гигиену. Вечером наступает время делиться впечатлениями и вместе переживать самые волнительные моменты прошедшего дня. Михаил с партнером выбрали проживание в Трансальпкэмпе: передвижном кэмпинге, который следует по маршруту гонки и перевозит вещи вслед за участниками, спать предлагается прямо на матрасе на полу, однако к моменту сна на это уже никто не обращает внимания.
«Едешь по трассе и постоянно видишь, как кто-то в скалу въехал, кто-то лежит на траве… В какой-то момент я упал с велосипеда. Денис оглядывается – а я ему говорю: все нормально, нормально, цепь слетела, не волнуйся, едем дальше. Сказал, что упал, уже после того, как завершили гонку».
В следующем году Михаил с партнером планирует пройти Трансальп не на шоссейном велосипеде, а на велокроссовом байке. Байк – это промежуточный тип велосипеда между шоссейниками и гибридами и используется для гонок по пересеченной местности. От гонщиков  в этом случае требуется умение мгновенно спрыгивать с велосипеда, преодолевать препятствие и двигаться дальше без снижения скорости.
А что дальше?
Дальше – длительные интересные гонки, гарантирующие массу ярких впечатлений и новые знакомства. Больше всего Громова привлекают командные старты. Михаил признается, что ему порядком надоели марафоны и даже IRONMAN не приводит в состояние восторга: интересны эпические многодневки, когда соревнование идет несколько дней. Вот его план-минимум:
   The Comrades (старейший легкоатлетический забег на дистанция 90 км в ЮАР)
   Marathone des Sables (ультрамарафон протяженностью 251 км, 6 дней, Марокко)
   Transapline Run (ультрамарафон 250 км на высоте, 8 дней, командный зачет)
Сейчас он готовится к марафону в Амстердаме 20 октября. Все тренировки настроены на новую цель, которую он озвучил BeFit: выбежать за 2:45. Это время он еще ни разу не выбегал. Как говорят IRONMAN’ы со стажем: «Первый шаг для того чтобы сделать IRONMAN – это зарегистрироваться на него. Обратного хода уже не будет».

Так и Громов: сказал нам – подтвердит личным примером. Это его обычная практика: меньше слов, больше дел.
fixedbanner
fixedbanner